Гражданская война в Чаде



 
Тэги: гражданская война, интервенция, Чад, Франция, Ливия
Последнее обновление 11.12.2011.


В сущности, события 1967-1988 годов в Чаде называются “гражданской войной” скорее за неимением более точного термина. Фактически, это несколько конфликтов на почве дележа государственной власти и доступа к ней между этническими группами. Грубо говоря, оспаривали пальму первенства две крупнейшие общности страны, как и в соседнем Судане – арабы-мусульмане и африканцы-христиане (и, как и там, на это накладывались давние традиции рейдов северян за рабами на юг, со складыванием антагонизма и соответствующей исторической памяти), но фактически ни одна из них единой не была, все преследовали свои цели и внутри каждого блока существовали враждующие секции, настолько враждебные друг другу, что к принципиальным оппонентам относились часто лучше, чем к товарищам по религии\этносу, но из других кланов или с другими основами социально-экономического уклада. На это все накладывались, начиная с самого начала, геополитические интересы соседних стран, а потом и не только соседних. В одном аналитическом обзоре очень точно написано, что сторонам было крайне выгодно воевать – “любому, кто объявлял себя повстанцем, были практически гарантированы ливийские деньги и поддержка, а деньги от США и Франции фактически делали войну главной чадской индустрией, тогда как малое количество участников позволяло им на эти деньги хорошо жить”.

Поскольку многообразие и комплексный характер отношений между собой беллигерентов исключает возможность любого мало-мальски полного описание конфликта в масштабах, меньших, чем монография страниц в 300, чего я пока позволить себе не могу, то в данном случае останавливаюсь только на самых важных и крупных событиях.

В значительной степени ответственна за посев семян конфликта французская колониальная администрация, которая в период своего контроля за Чадом предоставила северную часть страны, населенную кочевниками, особо не интересную с точки зрения экономической выгоды и требующую для контроля за собой крупных сил, самой себе, а сосредоточила усилия, в том числе направленные на развитие местной экономики, на юге страны. Как следствие, из числа местных жителей набирали и колониальных чиновников низшего звена, которые вследствие нежелания колониальных властей заниматься воспитанием местных кадров с должным тщанием и основательным внедрением тех концепций и понятий управления, которые знакомы нам по европейским административным системам современности, были плохо подготовлены к осуществлению управления на более высоком уровне; а именно им после демонтажа французской колониальной империи была в полном объеме передана власть на местах, в новых независимых государствах. Как следствие, с начала 1965 года новое правительство, получив полноту власти на севере Чада после вывода французских войск, поставив там своих администраторов, постоянно обостряло обстановку, пытаясь урезать права местных традиционных лидеров, и донимая по чепуховым, в сущности, поводам. Фактически, выходцы с юга захватили власть и вели себя еще наглее и высокомернее, чем даже французские колонизаторы, только вторые были намного опытнее и квалифицированнее. В значительной степени показательна, видимо, история Кичидеми Уэддея, который был традиционным лидером в своем регионе и оказался в натянутых отношениях с Томбалбайе, поскольку тот отказался назначить его сына, Гукуни, председателем местного трибунала, уважив тем самым традиционную аристократию, и пытался поддержать в борьбе за этот пост конкурента.

В ноябре 1965 злоупотребления в ходе сбора налогов, особенно “национальной ссуды”, взымаемой с 1964 в принудительном порядке, повели к мятежу в Мангальме (префектура Гера), в процессе восстания и подавления примерно 500 человек погибло, включая местного депутата Национальной ассамблеи и еще 9 официальных лиц, имевших несчастье попасться разгневанным местным жителям. В 1966 были волнения в Уэддей на востоке страны, из Гера и соседней префектуры Батна восстание распространилось в Оуадда и Саламат, где в феврале 1967 убиты префект и его зам. События получили прозвище “двухглавый мятеж”, поскольку восстали независимо оседлые жители востока страны, и кочевники севера. В августе 1968 имел место крупный мятеж в Аузу. К тому же, на радость правившему Чадом с момента обретения независимости президенту Томбалбайе, в Судане и Ливии стали возникать освободительные фронты, черпавшие пополнение из арабов. Самый крупный и известный, под названием ФРОЛИНАТ, сформировался в июне 1966 в Ньяле (юго-западный Судан), под водительством Ибрагима Абатчи, путем слияния радикальных “левых” и исламистов. В области внешней политики новая организация стояла за позитивный нейтралитет, помощь освободительным движениям, во внутренней за равенство, удаление посторонних, коалиционное правительство. Фронт опирался исключительно на северян, и никак не пытался наладить взаимодействие с южанами. В ноябре 1966 глава фронта с 7 соратниками вошел в Чад с востока в надежде организовать на фоне постоянных возмущений против Томбалбайе большую повстанческую войну.

Этот фронт как политическая единица, правда, вскоре распался на группы, обосновавшиеся в Хартуме, Алжире и Триполи, но все его фракции постоянно пользовались поддержкой соседних с Чадом стран, но до 1976 влияние извне оставалось крайне слабым, успехи повстанцев скорее можно записать на счет слабости и интертности правящей группировки: методы работы правительственных войск были жестокими и неэффективными, комплектовалась армия почти исключительно южанами, никаких попыток завоевать “умы и сердца” населения не предпринимала, и настолько ее не любили, что приходилось детям военных в северном городе Файя Ларго ходить в школу под охраной. Отец-основатель Фролинат, Ибрагим Абатча, погиб в феврале 1968, и четверо кандидатов было на его место. Двое были в течении следующих 2 лет убиты, один бежал в Судан, а четвертым был Абба Сиддик, официально ставший генсеком Фролинат в 1970 и командиром восточной вооруженной группировки оппозиционеров, известной впоследствии как 1-я Освободительная армия. Борьба за власть во фронте отчетливо продемонстрировала всю сложность отношений между претендентами на политическое первенство в стране, и дала жизнь нескольким фракциям, крупнейшими из которых стали сторонники Гукуни Уэддея и Хуссейна\Хиссени Хабре. Уэддей вышел из движения в начале 70-х, и основал на базе северной группировки Фролинат 2-ю Освободительную армию (потом некоторое время называвшуюся ФАН). В 1976 из движения вышел Хабре, недовольный зависимостью ФАН от ливийцев, “забрал с собой” свою этническую группу (горан), и создал свое формирование, унаследовавшее название ФАН, тогда как созданная в 1977 в результате объединения 1-й и 2-й армий группа получила наименование ФАП. Не признавший первенство Сиддика “номер второй” при Абатче, Мохаммед аль-Багалани, араб-джеллаба по этносу, организовал движение, известное как “вулкан”, в 1977 переименованное в КДР, руководство которым осуществляли Ахмед Асил и Ашейх ибн Оумар. Мотивы ливийского руководства в поддерживании повстанцев понятны, как всегда, не целиком, но большую роль играла перспектива получить в свое распоряжение богатую ураном местность Аузу на севере Чада, на которую давно претендовали ливийские короли. К середине 70-х движение во всем своем многообразии очень существенно зависело от ливийской помощи; когда Томбалбайе ради ослабления давления пошел на разрыв с Израилем, то незамедлительно получил финансовую поддержку из Ливии (23 млрд. кфа) и других арабских стран, которые еще и перестали поддерживать повстанцев. Это повлекло местные бои за ограниченные ресурсы между 1-й и 2-й ОА, 2-я армия окончательно потеряла позиции на востоке и откатилась в Борку и Тибести.

В апреле 1969 года Томбалбайе пригласил вернуться в страну французов, которых до того изгнал, и ему был предоставлен военной контингент, в который входила морская пехота с вертолетами, две роты легионеров и большая группа советников, К июню 1971 после двух лет «операции Бизон», командовал которой французский генерал, затеянной французами по просьбе Томбалбайе, от сопротивления остались изолированные “карманы” в Тибести, но после вывода французов повстанцы опять завладели севером страны. В августе Томбалбайе, будучи уверен в победе над повстанцами, отошел от прежних опытов с реформами, итогом чего в финальной перспективе стало его свержение (см.). После его падения и смерти новый крупный лидер не появился, а без него и при отсутствии интереса мирового сообщества к местным делам ситуация сразу стала меняться от плохого к худшему. Первые два года правления сменившего Томбалбайе Феликса Маллума были ознаменованы попытками переговоров и постоянными внутриполитическими неурядицами. В 1976-77 активизировался «северный Фролинат», черпавший деньги от сборов с проходящих караванов и купцов, и потому независимый от иностранцев. Бойцы фронта дважды осаждали Файя Ларго (в 1976) и взяли Бардари (в июне 1977), контролируя, по собственным оценкам, около 40% северных провинций, известных купно как БЭТ (Борку-Эннеди-Тибести). В январе 1978 в Хартуме было подписано соглашение о прекращении огня, но повстанцы посчитали ситуацию благоприятной для изменения баланса в свою пользу, пошли затем в наступление, заняв Фаду и Файя Ларго, и поставив под свой контроль примерно около половины территории страны. На очередных переговорах, в ливийских Себхе и Бенгази, было фактически узаконено реально существующее размежевание страны на зоны, контролируемые правительством и повстанцам, однако и эти соглашения не соблюдались. Конец этому раунду конфликта положили в 1978 году две большие битвы под Ати (19.5) и Джода (2.6.), выигранные чадской правительственной армией при поддержке французов, приславших 1200-1500 солдат из Иностранного легиона, неустановленное число солдат морской пехоты, и авиацию. Французская помощь считается решающим фактором победы; повстанцы отступили, побросав немалую часть своего нового ливийского снаряжения.

В рядах повстанцев затем наметился раскол, ФАП Гукуни провозгласила курс на свержение «неоколониалистской диктатуры, навязанной нам Францией 11.8.1960», ФАН Хабре заняла более позитивную по отношению к правительству позицию. 25-29.8 при активном сотрудничества Ливии, Судана и Нигера была обсуждена, написана и опубликована «Charte fondamentale», которая предусматривала раздел полномочий между фракцией повстанцев, возглавляемой Хабре (ФАН) и правительством Маллума. Мусульмане в кабинете доминировали с незначительным перевесом, а в совете национальной обороны было по 6 представителей каждой стороны. Хабре был предложен пост премьера, но хрупкое единство распалось вскоре, поскольку Хабре потребовал много чего, в т.ч. арабский вместо французского как официального языка радиовещания и больше постов в правительстве северянам. 12.2.79 силы Хабре восстали в Нджамене, вытеснив правительственную армию и учинив массовые грабежи мирного населения. Южане в массовом порядке мигрировали прочь из столицы; а на востоке, в Абече и Билтине, администраторов из их числа просто казнили без суда и слежствия. 22 февраля состоялись ответные погромы на юге, в Мунду, Кума, Сарх, Моиссала, и к середине марта число жертв перевалило за 10 тыс. Как итог всех этих событий, Хабре отправил Маллума в изгнание под французскую опеку, однако большого облегчения это ни ему, ни стране не принесло: ФАП, с французской помощью, пошел, в свою очередь, в наступление, и вскоре контролировал 7 провинций страны. В дополнение к этой угрозе, на западе Чада возникла «3-я освободительная армия», она же МПЛТ, которую поощряла Нигерия.

С 10.3 по 21.8 состоялось при посредничестве соседей 4 конференции разного состава, но они так и не смогли что-нибудь решить на долгое время. Нигерия при помощи Ливии продавила назначение главой государства лидера канембу Махамата Лола (МПЛТ), однако Уэддей и Хабре саботировали его активность, и без южан, единственных имевшихся в наличии квалифицированных администраторов, в стране имел место полный распад системы управления, но на север они не торопились возвращаться, а те, кто вернулся, очень быстро пожалел. В марте 1979 под реальным контролем южан оставались пять южных префектур, где в качестве стронгмэна выдвинулся командир чадской жандармерии, этнический южанин Вадаль Камугу, осуществлявший фактический контроль за ними и водворивший некоторое подобие порядка. В мае 1979 номинальное центральное правительство попыталось пресечь де факто сецессию юга, двинув свои вооруженные формирования на юго-запад, в надежде отсечь южан от Камеруна; но после боев, в которых южан возглавляли Камугу и Асил, “правительственную” армию изгнали из южных префектур. В ноябре того же года при мощном прессинге международного сообщества было создано «переходное временное правительство», в общей сложности 11 портфелей отдавали южанам, 13 северянам и несколько – протеже стран-медиаторов, однако условленное разоружение так и не состоялось, и южане не спешили возвращаться на север страны, даже члены кабинета просто приезжали в Нджамену на конкретные заседания.

Уже в январе 1980 начались столкновения и внутриполитические проблемы. 22 марта в столице развернулись бои между ФАП и ФАН, с активным участием других фракций. 600 заирских и некоторое количество французских миротворцев, присланных в страну по условиям мирного договора, могли только наблюдать за военными действиями пяти фракций на улицах столицы, в апреле убыл французский гарнизон, в конце месяца и миротворцы. В результате девятимесячной борьбы за контроль над столицей погибло несколько тысяч человек,. ФАП отступила в Тибести, Уэддей бежал в Ливию, юг фактически отделился и Камугу был там главной властью. Итогом этого раунда стало открытое участие ливийцев в конфликте.

В начале октября армия Уэддея, численностью порядка 5 тыс. чел., стремительно пошла вперед, в наступательных акциях приняли участие 7-9 тысяч ливийцев, и заслуживающие доверия источники утверждают, что операцию координировали советники из ГДР и Советского Союза. К ноябрю вся территория БЭТ была под контролем Уэддея, и пал быстро захвачен город Ати, чем Нджамена в условиях неподконтрольности юга отрезана от восточных областей, традиционного оплота Хабре, и наступающие вскоре оказались около столицы. 15.12.80 после недели обстрелов Хабре и его администрация покинули страну, вслед за этим 6.1.81 Ливия и Чад подписали договор о слиянии двух государств, вызвавший резкую негативную реакцию мирового сообщества. Сами подписанты оправдывались, что это просто декларация о намерениях и само соединение не будет осуществлено без референдума, и для успокоения международной общественности было заявлено, что в июне 1982 года состоятся свободные выборы.

В конце 1981 года Хабре вернулся в страну и начал наступление на востоке, взяв Абече (19.11), Файо Ларго, в январе 1982 года Оум Хаджер. 5 июня состоялась битва при Массагет неподалеку от столицы, и 7.6.82 после основательных боев войска Хабре вошли в Нджамену, и Гукуни был вынужден на каноэ повторить путь Хабре полутора годами ранее. На сей раз ливийцы вывели свои войска и отвергли просьбы о вмешательстве. Как раз в те же сроки на юге затеялся конфликт в среде южан, недовольных авторитарными методами и коррупцией Камугу, что Хабре удачно использовал в своих целях, 27 августа его войска Хабре вошли в Сарх, 4 сентября в Мунду, фактически поставив всю страну под контроль. Хабре затем принял президентскую присягу, создал огромный (31 человек) кабинет министров, куда постарался набрать представителей всех влиятельных фракций, декларировал намерение вести политику национального примирения, заручился крупным объемом донорской помощи ($1,7 млрд.), местом в ООН и ОАЕ, где снискал поддержку большинства (исключение составили Бенин, Конго и Алжир), в конце октября из ФАТ, ФАН и присоединившихся фракций собирались создать единую армию, ФАНТ. Велись переговоры и с Ливией, которая потребовала, в качестве главных условий, признать исламский характер Чада и передать ей Аузу, на что новое правительство не пошло. В октябре 1982 в Бардаи собрались представители оппозиции, согласившиеся выступить под общим руководством Уэддея, всего путем сбора сил от шести фракций ему удалось наскрести 3-4 тыс., снабжали и обучали их ливийцы, к концу года с арабским легионом и ливийской армией было у Уэддея 12 тыс. человек. Ему противостояли в тот момент 10 тыс. военных в рядах ФАНТ, 6 тыс. из них собственно солдаты Хабре, а остальные из поглощенных фракций. К июню 1983 Уэддей, нанеся крупное поражение ФАНТ, завладел 24 числа Файо Ларго после мощной бомбардировки ливийской авиацией; далее через Калет и Ум Шалуба пришел к Абече (8.7.), где он снова, как встарь, пресекал пути сообщения столицы и суданской границы, но к тому времени сильно растянул коммуникации. 30 июля ФАНТ сумела отобрать Абече обратно, заирцы послали в помощь Хабре 2000 десантников, которых разместили около столицы, освободив войска Хабре для боев на фронте, финансовую поддержку Хабре оказали также США. Со всем этим Хабре через четыре дня после сдачи Абече отобрал город обратно и к 30.7 взял Файо Ларго, но 10 августа переброшенные в поддержку Уэддея ливийские силы вернули Файо Ларго под контроль своего ставленника. Контингент, переброшенный в помощь ему, насчитывал 4-5 тыс. чел., и после этого Миттерран неохотно пошел на военное вмешательство под предлогом установления мира, и вслух адвокатируя федерализацию страны. В рамках операции “Манта” было задействовано около 3500 человек (авиация, Иностранный легион и парашютисты), перед ними ставилась задача развести противоборствующие стороны и вернуть их к переговорам. Размещенные на вероятных путях наступления и поддержанные внушительной авиацией, эти силы предотвратили эскалацию конфликта, и страну де факто поделили примерно по 16-й параллели. Между тем Хабре укреплял свой холдинг, после некоторых прений распустил Фролинат и заменил его организованной как политическая партия УНИР (национальный союз за революцию и независимость), в исполкоме полно и южан и северян, половина мест в кабинете южанам, в т.ч. МИД, но распределены они были не совсем удачно и схема эта не обеспечивала должного распределения политического веса, что очень важно в построенной на клиентельной основе африканской политике современности. В августе после неудачных переговоров с местными вооруженными группами, известными как “кодос”, волнения охватили 4 из 5 южных префектур, подавляли восстание весьма жестко, более 25 тыс. одних только беженцев, события получили у местных жителей прозвище “черный сентябрь”, но при этом, и это очень характерно для войн в Африке, собственно “кодос” удалось утихомирить только к концу 1985 года, когда 1200 из них перешли на службу в армию, и Франция специально выделяла деньги на их “перекупку”.

По результатам мирных договоренностей 10.11.84 французы свои войска вывели, однако спутниковое наблюдение сразу же показало, что ливийцы их примеру не следуют. В Тибести, Фада и Файя Ларго у Уэддея в 1985 было 4-5 тыс. человек, плюс к ним 5000 ливийцев. В Уди Дум, около Файя Ларго, ливийцы начали строить большую авиабазу. В феврале и марте 1986 северяне предприняли наступление, разумно посчитав, что канун президентских выборов во Франции позволяет им относительную безнаказанность. Французы, против ожидания, ответили немедленным размещением войск в рамках операции “Эпервьер”, сперва 1400 человек, потом 2500 плюс полк «ягуаров» и «миражей»; смонтирвали под Нджаменой радар и не зря, поскольку дошло до обмена авиаударами с ливийской авиацией. С середины декабря 1986 внутри фронта северян обнаружился заметный раскол, поведший к полномасштабной междоусобице; ФАП перешла на сторону Хабре. В декабре 1986 силы Хабре стали концентрироваться у “красной линии”, фактического рубежа разграничения, и затем двинулись на север. В ходе наступления состоялось несколько крупных баталий, неудачно окончившихся для ливийцев, составлявших теперь основную ударную силу северян, и уповавших на бронетехнику, которую использовали не вполне стандартным способом, как стационарные огневые точки, которые подвижные отряды чадцев на легком автотранспорте окружали и расстреливали из безоткатных орудий и противотанковых средств. Дабы восстановить свою репутацию, Каддафи делегировал в Чад немало народу, и с 6000 в конце 1986 количество войск увеличилось до 11000 в марте 1987. В феврале началось ливийское наступление двумя колоннами, но обе колонны были разбиты при Бир Корба 19-20 марта, а потом, в ходе преследования, правительственная армия разбила крупный гарнизон ливийцев, после этого Каддафи отдал приказ вывести войска.

В августе 1987 чадцы вошли собственно в район Аузу, взять одноименный городок преуспел полевой командир Махамат Нур, хотя ливийцы в отместку основательно побомбили противника с больших высот, недосягаемых для чадских “наплечных” ПВО. 5.9 отряд чадцев под командованием будущего министра обороны Джамусса провел быстрый внезапный рейд против расположенной на ливийской территории Маатан ас Сарра, первая инкурсия на ливийскую территорию, которую Ливия собиралась даже обсудить на сессиях ООН и ОАЕ. Ливийцы, однако, к этому времени применились к манере действий противника и стали начинать атаки с авиаударов и потом тут же вводить в бой силы на легких автомашинах; в конце августа они выбили силы Хабре чадцев из Аузу. 11.9 было подписано перемирие и стороны поклялись искать мирного разрешения вопроса о границе. Вопрос о спорной территории передан был в ИКЖ, который 16 к 1 решил вопрос в пользу Чада. Ливия это решение признала.

Верный своей стратегии вовлечения оппонентов в управление, Хабре привлек своих противников в правительство, глава крупнейшего блока “кодос” Котига по окончании войны получил пост министра шахт и энергетики, Камугу – сельского хозяйства, остальным фракциям тоже достались кабинетные посты и теплые места в администрации. Кажется, последний из остававшихся в поле крупных командиров, Ашейх Ибн Омар, замирился по Багдадским соглашениям в ноябре 1988. Общее число жертв конфликта “Джейнс” оценивает в 10 тыс. чел.

Как ни странно, выигрышная, в принципе, в африканских условиях, стратегия Хабре кончилась плохо для него самого, поскольку его старые союзники были ущемлены в правах появлением и изобилием конкурентов, что стало причиной нового конфликта.


© Конфликтолог, 2006- ...
По вопросам заимствования материалов обращайтесь к редакции
Locations of visitors to this page